Всем привет! Мы начинаем серию статей «Импортозамещение поневоле», в которых будем рассказывать о том, что происходит с продуктами иностранных компаний, присоединившихся к санкциям в отношении населения России, почему это случается и что теперь делать после их ухода или блокировки. И начнем не с самого первого, но, наверное, с самого значимого для рынка сервисов социальных медиа — блокирования продуктов компании Meta Platforms Inc.*, еще недавно известной всему миру как компания Facebook*.

Table of Contents

Что произошло и почему

К настоящему моменту драма вокруг продуктов Meta* состоит из двух актов. Инициатором в обоих случаях выступают органы власти Российской Федерации, хотя фактически они всего лишь реагируют на изменения политики компании в отношении СМИ и населения России. Началось все еще 4 марта, когда было принято решение о блокировании на территории РФ социальной сети Facebook*. В качестве причины указывалось 26 случаев дискриминации российских СМИ и информационных ресурсов, зафиксированных Роскомнадзором с октября 2020 года. Как видим, официальные представители властей следили за ситуацией довольно долго, прежде чем перейти к решительным действиям. Представители Meta* получали предупреждения как дипломатического, так и технического свойства — требования прекратить блокировку и ограничения российских СМИ, а также вводилось замедление доступа к сервисам Facebook* через сети российских провайдеров.

Фактически обе стороны играли на одном поле, создавая сложности в первую очередь российским пользователям Facebook*, которые в результате лишались доступа к привычным информационным ресурсам. Руководство соцсети за них делало выводы о том, какая информация является вредной пропагандой, а российские власти затрудняли доступ к любой информации в данной соцсети. Не будем пытаться разобраться, кто в этой ситуации прав в большей, а кто в меньшей степени, но отметим факт — российские пользователи сознательно лишались возможности получать информацию через соцсеть и принимать самостоятельные решения о достоверности и качестве информации, становясь заложниками информационной войны.

В этом отношении показательно то, о чем я говорил в материале «Соцсети против традиционных СМИ». Руководство Facebook* приняло на себя не обязанности социальной сети, отвечающей за размещение информации пользователями, а функцию редакции средства массовой информации, формируя информационный поток в заданном направлении. Это далеко не первый случай подобного поведения со стороны именно Facebook*, но первый хорошо заметный для русских пользователей. Все же проблемы выборов президента США и оценки деятельности движения BLM для большей части русскоязычного сегмента Facebook* — вещи малопонятные и малоинтересные, а лидеры мнений англоязычного сегмента и течения внутри американского политикума — вообще нечто непонятное, как только речь заходит о чем-то сложнее разделения на республиканцев и демократов.

Второй акт драмы состоялся буквально в конце прошлой недели. Агентство Reuters опубликовало информацию о внутренней переписке компании Meta*, в которой говорилось об изменениях политики hate speech в отношении президентов, органов власти и населения Российской Федерации и Республики Беларусь. Руководство Meta* решило, что в настоящий момент хорошей идеей будет снять любые ограничения в отношении негативных высказываний в их адрес. Де-факто данная политика осуществлялась на протяжении довольно длительного времени — система автоматических банов за hate speech работала избирательно, жалобы на антирусские высказывания зачастую не удовлетворялись. Такое отношение породило восприятие Facebook* как соцсети с администраторами определенной национальности. Процесс стигматизации и поляризации общества внутри сервиса был запущен, 11 марта 2022 года последовал уже именно взрыв.

Реакция российских властей на этот раз последовала не со стороны Роскомнадзора. Первой тревогу забила Генпрокуратура, официально заявив, что они закрывают свой канал в Instagram*, обращаются в Следственный комитет и РКН с целью полной блокировки данного сервиса в России. В российском информационном пространстве все внимание оказалось сосредоточено именно на Instagram*, хотя в целом речь шла обо всех платформах Meta*. Причин тому сразу две. Во-первых, Facebook* уже неделю как был заблокирован, пусть и по другому поводу. Во-вторых, Instagram* — наиболее популярный в России и во многом уникальный сервис.

Тем не менее, откровенное включение руководства соцсети в политическую борьбу и сомнительные со всех точек зрения инициативы вызвали реакцию по всему миру. Публикация Reuters стала ярким сигналом для всех, что внутри Meta* официально формируют ту повестку, которая кажется правильной руководству компании, невзирая ни на какие моральные или иные принципы. За несколько лет до этого Марку Цукербергу уже приходилось держать ответ за отсутствие подобной политики перед американскими сенаторами. В 2018 году на слушаниях в Сенате он заявил, что Facebook* недостаточно боролась со сфабрикованными новостями, иностранным вмешательством и hate speech. Выводы были сделаны, и в 2022 году краснеть за недостаточную борьбу за идеологически верную подачу информации перед Сенатом США г-ну Цукербергу не придется.

Однако если в деле удовлетворения представлений о прекрасном американских властей Meta* преуспела, то вот реакция мировой общественности оказалась совсем не той, что ожидалась. Помимо одобрительных возгласов со стороны отдельных политиков из разных стран, были и совсем не одобрительные высказывания. В результате, если первоначальная реакция представителей Meta* выглядела как «да, публикация Reuters верна», то вскоре она стала сменяться на менее уверенную риторику. Представители компании вначале заговорили о том, что журналисты «неправильно расставили акценты», потом сообщили, что подобное допустимо только для пользователей из нескольких стран, а не по всему миру. А после осуждения подобной политики пресс-секретарем генсека ООН круг лиц, которым hate speech в отношении президентов РФ и Белоруссии разрешен, ограничился украинскими пользователями. А так-то Meta* против русофобии во всех ее проявлениях. Но удалять украинский контент при стандартной политике пришлось бы чуть менее чем полностью, поэтому гражданам этой страны выдается индульгенция. Временно.

Не будем рассуждать о том, кому и за что можно выдавать индульгенции, просто примем как факт. Руководство крупнейшей в мире компании, зарабатывающей на создании и поддержке социальных сетей, считает себя вправе определять, какому народу можно ненавидеть другой народ. Не провести аналогию между политическими деятелями прошлого и подобной политикой в настоящем, согласитесь, невозможно. Вопрос об обоснованности ненависти никогда не стоит на первом месте: реальность и давность преступлений не имеет значения, когда приходят убивать живых и уничтожать памятники мертвым.

Что делать и как быть

Теперь давайте поговорим о том, как же быть в этой ситуации простым пользователям, которые были вовлечены в использование сервисов Meta* в России до марта 2022 года. И сразу отметим, что продолжение использования продуктов Meta* (а это Facebook*, Instagram*, WhatsApp и Facebook Messenger*) в России возможно. Ограничения вводятся для Meta*, но не для пользователей, которые самим фактом использования ее продуктов не нарушают законы РФ. Другое дело — моральная сторона такого подхода. Даже если вы никоим образом не высказываете свое отношение к происходящему, а ваши посты посвящены исключительно котикам и цветочкам, ведение блога на платформах от Meta* само по себе может вызвать негативную реакцию со стороны граждан РФ. Для многих использование платформы, руководство которой считает нормальным дискриминировать людей по принципу гражданства и национальности, будет явлением аморальным. И никакие аргументы вам не помогут изменить это мнение.

Другой, не менее важный аспект — это насыщенность платформ Meta* информацией, прямо подпадающей под действие российских законов о поддержке экстремизма и разжигании межнациональной вражды и ненависти. Поскольку мораль руководства этой компании и дух российских законов оказались ныне диаметрально противоположны, есть вероятность, что вы попадете в юридическую ловушку. Разумеется, речь не идет о том, что представители Роскомнадзора, полиции или еще каких-то органов власти будут следить за тем, кого вы лайкнули в Facebook* или Instagram*, но если у вас вдруг появятся какие-то проблемы с законом по любому иному поводу, то потребуется очень хороший адвокат, чтобы доказать, что ваш лайк под «не тем» постом был случайным. Не меньшие проблемы могут появиться, если окажется, что вы подписаны на аккаунт, активно распространяющий информацию, подпадающую под действие антитеррористических законов РФ.

Если ни один из этих моментов вас не смущает, а преимущества от использования соцсетей от Meta* перевешивают возможный негатив, то переходить никуда не нужно, достаточно освоить VPN. Для всех остальных вариантов не так много.

WhatsApp

Перво-наперво отметим, что пока о блокировке WhatsApp речь не идет. Эта позиция официально не озвучивалась ни одним органом, ответственным за принятие решений, но по неофициальным каналам ее повторили за последние дни неоднократно. Причина достаточно очевидна — мессенджер не служит для размещения информации в открытом доступе, а является средством индивидуальной коммуникации. Несмотря на устоявшееся мнение о том, что чиновники принимают решения вопреки здравому смыслу, большая часть действий российских властей в деле блокировок последних недель выглядит вполне оправданной и логичной. Поэтому ждать прямого запрета на WhatsApp не приходится. По крайней мере, до тех пор, пока в нем централизованно не начнут рассылать призывы идти свергать власть в России или что-то подобное.

Аргументом в пользу того, что WhatsApp запрещать не будут, является и тот факт, что внутри многих государственных учреждений он давно и прочно обосновался в качестве средства оперативного информирования сотрудников. Многократные утверждения о том, что WhatsApp передает информацию неким абстрактным американским властям, по большей части воспринимаются его пользователями на уровне сообщений о похищении инопланетянами. Касается это и людей на ответственных постах, и простых сотрудников. В силу инерции мышления возможность перенести подобный информационный канал куда-то в другое место воспринимается как нечто сложное, хотя фактически проблем с переходом в любой другой мессенджер практически нет. Перемещение канала занимает времени не больше, чем установка соответствующего приложения на смартфоны всех заинтересованных лиц.

Однако отсутствие запрета на использование WhatsApp и введение специальных блокировок в его отношении не означает, что мессенджер будет работать без проблем. Сервисы синхронизации WhatsApp связаны с работой серверов компании Meta*, поэтому никто не гарантирует вам, что, блокируя Facebook*, РКН не заблокирует какую-то часть трафика WhatsApp. Таким образом, я бы сказал, что уже сейчас есть смысл задуматься над альтернативными каналами связи. Установка нового приложения — дело быстрое, но освоение его функционала требует все же некоторого времени, плюс сохраняются незначительные отличия в возможностях групповой связи.

Facebook*

Блокировка сервиса началась уже более недели назад, так что большинство сумело оценить как возможность экстренной миграции на альтернативные платформы, так и возможности по обходу блокировки. Альтернативных по функционалу социальных сетей существует несколько. Наиболее очевидные варианты — «Вконтакте» и «Одноклассники», предлагающие фактически на 99% совпадающий функционал. Причем Facebook* в определенных моментах им даже уступает по возможностям. Но есть и ряд принципиальных моментов, которые могут заставить сохранить верность американскому сервису. Основной — это средство связи с зарубежной аудиторией. Да, наличие аккаунтов иностранцев во «Вконтакте» — это не редкость, но вряд ли ваши иностранные подписчики или тем более те, на кого вы просто подписаны, пожелают перемещаться вслед за вами. И совсем уж невероятно, чтобы паблики, рассчитанные на аудиторию по всему миру, вдруг начали мигрировать в Рунет. Так что если подобного рода информация и связь были для вас важны, то фактически замены не будет, вам придется обходить блокировку.

Второй значимый момент — это возможность быстрой регистрации на сторонних сервисах с помощью учетной записи Facebook*. Российские сервисы имеют полностью аналогичную систему, поддерживающую регистрацию через российские соцсети, а азиатские рассчитаны на китайский Weibo. Европейские и американские широко используют быструю регистрацию через учетку Google. Если же вы уже использовали регистрацию через Facebook*, то наверняка у вашего сервиса есть или одна из подобных альтернатив, или проприетарная система регистрации. В этом отношении проблем быть не должно. Если вам и потребуется обойти блокировку, то лишь однократно, для перенастройки системы авторизации.

Что касается преимуществ российских социальных сетей, то тут в первую очередь стоит отметить гораздо более лояльную систему контроля авторских прав. Это связано с тем, что потребовать удалить контент может только правообладатель, что в условиях демонстративного ухода многих компаний из российской медиасреды фактически делает подобное требование нереализуемым. Да и до того оно никогда не было таким жестким, что и породило представление европейцев о том, что «Вконтакте — это такой русский Facebook* с пиратской музыкой». Если кто-то думает, что европейцы считали использование подобного пиратства неприемлемым для собственного потребления, то нет, вину они благополучно переносили на администрацию соцсети, а сами вполне пользовались.

Facebook Messenger*

Вместе с блокировкой Facebook* оказался заблокирован и Facebook Messenger*. Прямой блокировки в отношении мессенджера не вводилось, но, поскольку он работает на тех же серверах, что и соцсеть, проходит аутентификацию через нее, то работа нарушилась. Вы можете посмотреть локально сохраненную переписку, но не написать новое сообщение. Отправить любую информацию уже не получается, поскольку приложение просто не может подключиться к сети. Просмотреть профили пользователей вы также не можете. Приложение запускается, но без подключения через VPN не работает.

Разумеется, как и все прочие продукты Meta*, оно более не поддерживает русский язык. Это касается не языка переписки (он зависит от настроек вашего смартфона), а меню и интерфейса. Почему руководство компании сочло, что отключение русского языка в приложениях каким-то образом поспособствует борьбе «с русской агрессией», не совсем понятно.

Как и у любого другого мессенджера, у Facebook Messenger* есть масса аналогов, так что если вы с кем-то поддерживали контакт через него, то вам потребуется договориться об использовании какого-то другого приложения. Что касается архива переписки, то его можно сохранить штатными методами Facebook* на компьютере (Треугольник в правом углу страницы — Настройки и конфиденциальность — Настройки — Ваша информация на Facebook* — Скачать информацию). На мобильных устройствах в приложениях такой опции нет, но можно прибегнуть к сторонним сервисам. Поскольку доступа к Facebook* у вас через сети российских операторов нет, то потребуется подключаться через VPN. К тому же серверы компании явно испытывают большую нагрузку, и архив может скачиваться медленно, или процесс вовсе может прерываться.

Instagram*

Последний по времени блокировки в России сервис Meta*. И, пожалуй, единственный, у которого нет прямого аналога. Когда-то еще независимой компании Instagram* удалось создать социальную сеть, которая в силу целого ряда особенностей стала уникальной. Ее развитие в русле компании Facebook* эту уникальность постепенно уменьшало, так что чем позднее вы приходили на данную платформу, тем больше вероятность того, что выбирали вы уже не самые уникальные ее фишки. Фактически все, что связано с видео, в Instagram* как раз не является уникальным форматом, тут соцсеть следовала в кильватере уже других компаний. Но вот формат ленты с фотографиями фиксированного размера, где в первую очередь смысловую нагрузку несет изображение, — это действительно то, чего нет ни у кого другого.

Корни системы, заложенные во времена, когда Instagram* был доступен только на устройствах с iOS, до сегодняшнего дня дают о себе знать. Вы получали сервис, который выглядит аккуратно всегда, на кого бы вы ни подписались и каким бы контентом ни интересовались. Быстро и удобно. Та самая разумная минималистичность, которая породила армию фанатов Apple, искренне считающих, что если чего-то нет, то это и не нужно. Потому что лучше иметь инструментарий, работающий на 100%, чем иметь его в три раза больше, но работающего только на 1/3 своих возможностей.

Что ж, приходится признать, что тем, кто был активным пользователем Instagram* в России (а это порядка 40 млн человек), остается или полностью поменять свои привычки по ведению своей странички в социальной сети, или обходить блокировку, пока это не стало незаконным. Первый вариант звучит не слишком обнадеживающе, поскольку между функционалом Instagram* и любой остающейся доступной без ограничений в России социальной сети пролегает бездна.

Также не стоит забывать, что Instagram* был площадкой, которую использовали для продажи товаров и услуг. Причем касается это в первую очередь индивидуальных предпринимателей и мелких магазинчиков, для многих из которых данная площадка была единственным местом продвижения. По ним блокировка ударит максимально сильно, поскольку они не имеют большой лояльной аудитории, а кризис в экономике и без того ставит под вопрос возможность ведения подобного бизнеса.

Напоследок снова заметим, что это очередной разрыв культурных связей между Россией и Западом. Впрочем, наблюдая зашкаливающий поток антироссийской информации, которую Instagram* показывал как рекомендации в последние недели (отдельно замечу, что в Instagram* у меня никогда не было ни единой «политической подписки») и одобрительную реакцию на него со стороны основной массы европейцев, констатируем тот факт, что связь эта никогда не была особенно прочной.

Что будет

Давать прогнозы в моменте — занятие неблагодарное, поэтому нельзя сказать, к каким именно последствиям приведет блокировка платформ Meta* в России в долгосрочной перспективе. Самоочевидный факт, что все каналы, работавшие с ориентацией на российских потребителей контента, без больших потерь перейдут на российские площадки, где и останутся даже в случае снятия блокировок и ограничений. Будет наблюдаться определенная просадка в их популярности, так что какие-то блоги, существовавшие на грани рентабельности, могут прекратить свое существование. Эти явления будут усугубляться общим спадом интереса к контенту, ориентированному на потребление продуктов не первой необходимости. Так что следует предположить, что мелкий бизнес, существовавший в Instagram*, сильно пострадает.

Также к числу пострадавших следует отнести всех жителей России, имевших постоянные связи с зарубежной аудиторией и создателями контента. Как минимум их каналы общения потребуют большего внимания как в техническом, так и в социальном плане. Насколько в принципе ослабнут данные связи, пока нельзя сказать, поскольку зависят они в первую очередь от социальной составляющей, а не от работы тех или иных сервисов. Если инициированное Meta* дистанцирование российских пользователей от остального сообщества будет набирать обороты и популярность, то разрыв связей произойдет, даже если все сервисы будут работать без сбоев и проблем.

Однозначным итогом войны между Meta* и российскими властными структурами будет ослабление позиций Meta* на российском рынке при любом развитии ситуации. Техническое и идеологическое воплощение социальной сети не является уникальным ноу-хау одной компании, а пользователи всегда будут выбирать наиболее доступный и наиболее стабильный сервис. Очевидно, что в ближайшем будущем по всему миру будет наблюдаться рост популярности локальных сервисов как имеющих наибольшие шансы в условиях кризиса сохранять работоспособность.

Что же касается пользователей, то нужно заметить, что привычный образ жизни изменился. Наиболее проигравшими и пострадавшими оказались те, кто делал ставку на глобализацию всех ресурсов, одновременно с тем используя сугубо родственные сервисы от одной компании или же вовсе один-единственный сервис. При любом кризисе такая политика оказывается самой проигрышной и самой уязвимой.

*Компания Meta Platforms, в которую входят социальные сети Facebook и Instagram, признана экстремистской организацией и запрещена в РФ.